После недолгих размышлений я направился в маленький городок Нокона прямо на границе с Оклахомой, куда меня пригласила парочка шестнадцатилетних подростков. Как и я, они мечтали воочию наблюдать укрощение быков на настоящем родео. Там мы и познакомились.
«Если тебе нечем больше заняться, потусуйся с моим папашей Джей-Бобом. Он работает ковбоем. Мой дед тоже работал ковбоем, и я сам, похоже, тоже стану ковбоем», — сказал мне один из них. Я решил воспользоваться его предложением. По дороге признаки нефтяного края становились все заметнее, нефтяные вышки, как армия роботов, обступали шоссе все теснее и теснее.
Мне было немного неудобно, откуда ни возьмись появиться на ранчо Джей-Боба. Что я ему скажу? Хелло, сэр, я тут пытаюсь найти настоящих ковбоев, и ваш шестнадцатилетний сынок пригласил меня к вам на ранчо? Может, я и параноик, но мне казалось, что в лучшем случае он встретит меня с ружьем в руках. А в худшем — привяжет меня за ноги к своему пикапу и вытащит за границы своих владений. Однако меня встретили как знаменитость.
«Где тебя носит?! Сюда, скорее! Запаркуй свою колымагу, и поехали, покатаемся! Глотни пива и давай с нами смотреть город!» — не останавливаясь, орал Джей-Боб, протопав своими сапожищами по крыльцу, направляясь к двум лошадкам, запряженным в две стареньких повозки. «Я обещал своим девчонкам покатать их на телеге, мы уже замучились тебя ждать!» Джей-Бобу было лет под пятьдесят, и одет он был по всем канонам: потертые голубые джинсы, ковбойские сапоги, кремовая шляпа, белая рубашка и комок жевательного табака за щекой.
Боб приветствовал знакомых словами: «А мы вот на телеге катаемся — бензин-то нынче дорог!» Я не вполне привык к такому провинциальному панибратству, но через минуту я уже сидел в повозке рядом с Джей-Бобом. В одной руке он держал «Будвайзер», а в другой вожжи. Две его дочери с подружками ехали сзади и весело покрикивали на свою лошадь.
«Любишь «Будвайзер»?» — спросил он. «Да только его и пью», — отвечаю я. «Черт, а разве городские пижоны пьют «Будвайзер»?» — «Да надо мной все друзья смеются».
Пока мы катались по тихим улицам Ноконы мимо простецких одноэтажных домов с просторными дворами и лающими собаками и убогих витрин на главной улице, Джей-Боб рассказывал мне о местных жителях. Он знал здесь всех без исключения и, проезжая, приветствовал их словами: «А мы вот на телеге катаемся — бензин-то нынче дорог!»
Впечатления от местной жизни опять не совпали с моими ожиданиями. Большинство огромных ранчо вокруг городка принадлежало либо сельскохозяйственным магнатам, либо нефтяным компаниям, либо богачам из Далласа, которые не разводят скот, а используют землю как личные охотничьи угодья. Даже небольшое озерцо, в котором аборигены раньше любили купаться, теперь перешло в частные руки и превратилось в заказник. «Ну да, пару раз в год он прилетает сюда на реактивном самолетике, — прокомментировал ситуацию Джей-Боб, отхлебнув пива. — Все остальное время тут сидит охранник».
Сам Джей-Боб работает на такого же миллиардера — богатого придурка, который получил в наследство личный самолет, огромные ранчо и нефтяные вышки. Джей-Боб присматривал за его коровами. «Надо найти коровам воду, надо перегнать их на свежее пастбище, надо поймать их и загнать в фургоны для отправки на бойню… и все это я один, за 150 долларов в день. Никого не колышет, сколько именно ты работаешь: пять часов, два часа, восемнадцать часов… Сто пятьдесят — и точка».
Когда мы проезжали мимо престарелой парочки, стоящей перед своим домиком — точь-в-точь как в фильме «Синий бархат», — Джей-Боб махнул им рукой и сказал: «Видишь старика? Он совсем не похож на богача, но у него есть коллекционная монета, которая стоит больше миллиона». «А откуда она у него?» — «Ну… они люди скупые, набожные. Ни цента в жизни зря не потратили».
Наша последняя остановка была в единственном в городе баре, который открылся совсем не давно и сейчас был полон ковбоев, слепленных по образцу Джей-Боба, замасленных нефтяников, понаехавших в здешние края из-за нового нефтяного бума, да неимоверно толстых женщин. У двух, стоящих у бара, все свисающие части тела были покрыты татуировками. Обе посасывали пепси из литровых кружек. Смотреть на них было выше моих сил, и если бы не Джей-Боб, я бы немедленно удалился.
Я заказал «Будвайзер» и оглядел зал. «Ты ведь не местный, правда? — спросил нефтяник, стоявший рядом со мной у бара. Я помотал головой.— А то у нас здесь есть неплохие девчонки». Я так до сих пор и не понял, шутил он или говорил серьезно.
Надо брать пример с американце в деле сохранения своей истории. Это прекрасное место, где можно окунуться в эпоху наших предков и хотя бы некоторое время по наблюдать за настоящим родео так же, как это делали люди в то время. В России нам очень не хватает таких мест. Если бы мы помнили свою историю может, тогда бы совершали меньше ошибок.